В мире встречается достаточно много несовместимых вещей. Некоторых, по природе своей. Так, например, не бывает красивых уродов или добрых злодеев. Бывают исключения смысловые, так, услышав фразу про сладкие лимоны, нормальный человек как минимум удивится. А бывают исключения, которые просто исключения. Вроде бы и возможно, и даже бывает, но не должно быть, не имеет права на существование в этом мире. К таким вещам можно отнести детей-наркоманов, ну и, с некоторой долей вероятности, всякого рода извращенцев. В этом парке не было ничего, что можно было бы отнести к первым двум группам, но смутные ассоциации с последней все же прослеживались. На скамейке, согнувшись и держась за ноющие ребра сидел юноша, который в иных обстоятельствах мог бы показаться даже симпатичным, но сейчас поза его напоминала положение сидящего на лавочке старичка, слишком немощного, чтобы держать спину прямо, золотистые волосы потемнели от пота, а в некоторых мессах слиплись от крови. Своей или чужой – он не совсем понимал. Костяшки пальцев сбиты, в некоторых местах образовавшаяся уже корочка лопнула, и небольшие капельки крови были видны на поверхности кожи. Лицо его было скрыто в тени, но и там ищущий взгляд не нашел бы ничего, что могло бы его успокоить. Пожалуй, больше всего пугали даже не синяки и кровь, а взгляд – острый, как грань разбитой об угол стола бутылки. Все еще не отойдя от недавних событий, паренек рассматривал случайных прохожих как потенциальных соперников, определяя возможные болевые точки. Это не был мальчишка, заступившийся за хорошенькую девочку, чтобы заслужить ее восторженный взгляд, поцелуй или ночь, проведенную в уютной, пахнущей духами кровати, не был забулдыга, справедливо получивший по морде за то, что мешал приличным гражданам отдыхать. В нем нельзя было увидеть скинхеда, ввязавшегося в очередную бессмысленную драку ради драки. Встретив юношу на улице, при нормальном освещении и с меньшим количеством отметин на лице, в него можно было бы даже влюбиться. Но все это было из другой его жизни, светлой, легкой и радостной. В руках он крутил мобильный, время от времени снимая блокировку и перелистывая список контактов. Друзья отпадали сразу, родителей и прочих родственников в активе не было, девушки тоже. Тратить деньги, чтобы отлежаться в гостинице было глупо, но и на квартиру идти нельзя – не дай боже заявятся однокурсники, нормального объяснения внешнему виду он не найдет. В уличных драках такого не заработаешь. Усмехнувшись, он выключил бесполезный аппарат –все спокойнее, никто не позвонит в самый неподходящий момент. А вопрос с ночевкой оставался открытым. Кто-то, кого не знают мои друзья, достаточно надежный, чтобы доверить бренные косточки, и достаточно адекватный, чтобы не читать мне морали на тему того, что так жить нельзя. Сам знаю, что нельзя, но кушать хочется и, желательно, раза два-три в день. Что радовало, с последним проблем в ближайшее время не ожидалось – за последний бой Наруто сорвал довольно приличный куш,  так что ближайший месяц можно не волноваться, а если помнить о зарплате продавца, так вообще красота. Можно было даже пошиковать попозже, навестить одну крайне милую леди. Озарение, как ему и положено, пришло внезапно. Подружка-Лисичка вполне может согласиться приютить побитого Лиса на вечерок-другой. Только вот идти к ней с пустыми руками было как-то не очень. Поморщившись. Парень встал с нагретой им лавочки, которую уже вполне рассматривал как возможную кровать, но, хвала богам, не пригодилось. К счастью, продавцы в магазинах видели в своей жизни и не такое, но все же парень, набиравший не пиво и водку, а какие-то печеньки к чаю, пару лимонов, плитку крайне вкусного горького шоколада и бутылку вполне приличного, можно даже сказать, хорошего, коньяка, вызвал некоторый интерес. Веселенький фирменный пакет надежно спрятал все покупки в своих целлофановых недрах, а парнишка вышел вон. Не совсем джентльменский набор, но тоже сойдет. Теперь надо и о себе позаботиться. Следующей по курсу была аптека – обезболивающие в таблетках и уколах, несколько бинтов, йод и пластыри. И еще упаковка какой-то синтетической штуки, которая действовала как лед – аптекарь обещала, что поможет от отеков, и Наруто ей поверил. Район был ему не знаком, но плохое освещение и хорошо подвешенный язык сделали свое дело. Так надеялся, что не придется пользоваться этим приглашением, ну что ж. Прислонившись к косяку, он позвонил, разбивая окружавшую его вот уже несколько часов тишину. О том, что Анеи вполне может быть где-нибудь не дома, он подумал слишком поздно, решившись положиться на слепой случай. Дождавшись, пока дверь откроется, он с вымученной улыбкой посмотрел на девушку.
- Пустишь глупого мальчишку зализать боевые ранения?

Хорошо, когда есть место, куда можно прийти. Замечательно, если там тебя понимают. И уж вообще фантастически хорошо, если принимают таким, какой ты есть, что, наверное, является самым трудным в мире. Очень сложно увидеть человека таким, каким он был рожден, а не таким, каким мы хотим его видеть. Наруто прожил не очень долгую жизнь, но этого хватило, чтобы понять одну простую истину – не наделяй окружающих лишними качествами, и будет тебя счастье. Собственно, так и жил. Делил знакомых на врагов и друзей, отдельной группой были нейтралы. К которым относился еще с большим вниманием, чем к врагам. Хотя сейчас на всю это философию и парня не было ни сил, ни желания, и причина этому была просто до безобразия – боль. Каждая косточка, каждая маленькая, незаметная мышца – болели. Причем на столько, что вдохи казались подвигом, но все же он улыбался, потому что прийти туда, где тебя ждут и понимают – само по себе счастье, независимо от обстоятельств. Ввалившись в прихожку он замер, выслушивая справедливые, в общем-то, упреки. Пакеты больше не давили на руки, чему блондин был крайне рад.
- Прости, сестренка, я тебя честно предупреждал, что от меня одни проблемы, - блондин поморщился. Губу ему все же разбили. Говорить было больновато. – Я обещаю, что когда-нибудь приду просто в гости, с цветами. И поведу тебя гулять до утра по Токио.
Вопрос о том, кто его так разукрасил, он, как и всегда, «не заметил». Она и так волнуется, зачем знать, что для того, чтобы платить за универ, парнишке приходится растрачивать здоровье. Не только Анеи оберегала Наруто, но и он ее. Пока что не очень успешно, коряво, но старался же. На кухне уже вовсю шуршали пакеты, и Узумаки улыбнулся – забота заботой, а любопытство надо удовлетворить. Закралась мыслишка, что диван до крайности удобный, и подремать на нем было бы счастьем, и парень даже приступил к претворению плана в жизнь, прикрыв глаза и усевшись так, чтобы не ныли треснувшие ребра. Но увы, сделать этого ему не дал окрик Рэй. Пробурчав под нос что-то про раненых бойцов, которым не дают умереть спокойно, Наруто без зазрения совести утянул свое любимое полотенце из шкафчика и поплелся в ванную – приводить свое бренное тело в более менее приличный вид. Куча всевозможных баночек, бутылочек и флакончиков, занимающих каждую горизонтальную поверхность в этой комнате, всегда вводили Узумаки в состояние школьника в кабинете с реактивами – интересно, но фиг пойми для чего оно все надо. Струи кипятка ошпарили кожу, и, спустя буквально секунду, по квартире пронесся прекрасный по своей гамме вопль – как и всегда Наруто вывернул кран до упора. В прошлый раз его окатило холодной водой, тоже удовольствие на любителя. Справившись с температурой воды, он замер под струей душа, позволяя воде смывать с себя кровь и пот. Постепенно, начиная с кончиков пальцев, к телу начала возвращаться чувствительность, особого счастья это не принесло, но процесс был ожидаемый. Дотянувшись до губки, он наугад налил на нее какой-то гель для душа. Запах был приятный, что уже радовало. Наскоро вымывшись и выключив воду, Наруто придирчиво осматривал одежду. Футболку уже вряд ли что спасет. А вот джинсам хоть бы хны. Радует. Таким образом внешний вид определился сам собой – футболка в машинке, а на самом Узумаки остались лишь темный джинсы и полотенце на плечах, чтобы с кончиков волос не капало на спину. И все бы ничего, но вот запотевшее зеркало отразило крайне не радостную картину – на всех открытых участках кожи уже наливались синевой отметины удачного вечера. Ну и пара довольно глубоких ссадин на лице довершали картину, но вот как раз они внушали парню наименьшие опасения. Дверь в ванную открылась, вместе с паром выпуская Наруто в квартиру. Дотопав до Анэи, он замер, позволяя ей оценить масштаб работ. Виновато улыбаясь разбитыми губами, он присел рядом с ней.
- Я знаю, что тебе лично хочется меня добить, но давай сначала поможем мне выздороветь? Ребра, пожалуйста, забинтуй потуже. Буду орать и материться - внимания не обращай.
Бережно взяв ладошку девушки, он легко поцеловал ее. Другого способа выразить свою благодарность в данный момент Наруто не нашел, а сказать словами все равно бы не смог.
-Что бы я без тебя делал?

Парень справедливо ожидал, что экзекуций начнется сразу же. Ну и золотое правило «раньше сядем – раньше встанем» никто не отменял. Но нет же, это прекрасной, но ужасной девушке захотелось еще помучить бедного гостя. Парадокс в ощущениях не смутил Наруто, просто позабавил.
- Что не видела, что не видела. Меня не видела…почти.
Джинсы все же пришлось стащить, оставшись в одних боксерах любимого оранжевого цвета. Почему этот оттенок так ему нравился, Узумаки не знал, но большая часть гардероба была в черно-оранжевой гамме. «Я гигантская пчела-мутант» отшучивался он, если кто-то замечал это свойство. Так или иначе, кроме белья и кулона на нем не осталось ничего, и, не смотря на то, что это повторялось из раза в раз, чувствовал он себя не очень-то уютно, но желание хозяйки – закон. Хотя спустя буквально минуту волновать его это перестало, потому что нежные ручки подруги таки приступили к тому, что он попросил. Моток за мотком белая ткань покрывала кожу, и все бы было чудесно, если бы чуть глубже не скрывались ноющие от боли кости, очень не довольные тем, что их опять тревожат. Наруто честно пытался отвлечься, разговаривая с «медсестрой»
- Если бы я ночевал на лавочке, тебе бы потом пришлось еще и простуду мою лечить. И не говори потом, что я о тебе не забочусь, «старушка Рэй». – и тут же жалобно взвыл. То ли сам повернулся не удачно, то ли месть за ехидство его все же настигла, но факт остается фактом – больно было просто очень. Заткнувшись от греха подальше он пережидал, пока перевязка не закончится. Больше громких звуков он не издавал, разве что выдыхал иногда слишком резко. Ну и руки были сжаты настолько сильно, что на то, чтобы разжать кулаки, потом пришлось потратить немного времени. А еще Узумки очень радовало, что мысли все же никто читать не умеет, потому что в его светлой во всех отношениях голове проносились такие слова и их сочетания, что грузчики в порту выглядели стыдливыми малолетками из института благородных девиц. Что поделать, фантазия у юноши работала всегда хорошо, не зависимо от состояния. К счастью для него, все в жизни когда-нибудь заканчивается, так что тугая повязка все же заняла свое законное место на груди Наруто, несколько мешая дышать, но и то было хорошо. Удержаться от новой порции подколок он не мог, да и не старался. Анэи знала, что он был чуть нагловатым мальчишкой, но, тем не менее, была рада его видеть, так что смысла надевать никому не нужные маски он не видел.
- Фея моя, святая инквизиция очень много потеряла от того, что ты родилась на несколько веков позже.
Настроение улучшилось, пусть и не на много – самое страшное он пережил, а обработать ушибы не так уж и больно, скорее, неприятно. Поэтому блондин устроился поуютнее, запрокинув голову так, чтобы лицо было хорошо освещено. На полосатой мордашке моментально появилось выражение нашкодившего ребенка, пойманного строгой матерью.
- Только дуй, ладно? - очаровательно улыбнувшись, парень приготовился к новой порции неприятных ощущений. Жаба я накормил, пару дней должен пережить. В универе скажу что опять заболел, ребятам то же самое. Должно прокатить. Интересно, они правда такие наивные, или предпочитают верить в то, что я им говорю, потому что так проще? В любом случае, хорошо что это так. Даже Анэи я до сих пор не могу рассказать все. Пусть уж лучше считает безмозглым идиотом. И все же интересно, что бы было, если бы она знала…
- Слушай, а мне вот всегда было интересно, чего ради ты со мной так носишься? Я, конечно, благодарен, но это странно. Мило, но странно. Почти как с братом, ну или…не знаю, сыном что ли.
Как всегда ляпнув не подумав, Наруто пожалел, что не может забрать вопрос назад. Причины у всех свои, и нечего лезть под кожу ближнему своему, если не хочешь в итоге узнать что-то неприятное. Но сделанного не воротишь, а узнать было действительно интересно.